Свобода слова

Свобода слова — фундаментальное право человека, заключающееся в праве свободно выражать свои мысли, убеждения и идеи без вмешательства со стороны государственных органов.

Согласно статье 19 Всеобщей декларации прав человека, данное право включает «свободу беспрепятственно придерживаться своих убеждений и свободу искать, получать и распространять информацию и идеи любыми средствами и независимо от государственных границ»^[1].

Аналогичное определение закреплено в статье 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, который налагает на государства-участников юридическое обязательство соблюдать и защищать это право^[2].

В международном праве признаётся, что пользование свободой слова налагает «особые обязанности и особую ответственность» и может быть сопряжено с ограничениями, установленными законом и необходимыми для уважения прав других лиц или охраны государственной безопасности и общественного порядка^[2]. На интерпретации этого положения основывается различие между американской (либертарианской) и европейской (ограниченной) моделями реализации данного права.

В современной юридической науке выделяют два фундаментально разных подхода к защите права на самовыражение: абсолютистский (американский) и ограниченный (европейский). Основное различие систем заключается в допустимости государственного вмешательства в содержание публичного высказывания.

• США:Первая поправка обеспечивает одну из самых широких защит свободы слова в мире ^[3]. Американская судебная практика исходит из того, что государство не имеет права запрещать идеи, даже если они признаны обществом «оскорбительными», «ложными» или «ненавистническими».
  • Пример: Отрицание Холокоста, расистские лозунги и сожжение государственного флага в США юридически законны. Наказание возможно только в случае «неизбежной угрозы беззакония» (тест Бранденбурга), когда речь прямо и немедленно провоцирует физическое насилие.
  • Особенностью американского подхода является защита законом даже так называемого «языка вражды» (англ. hate speech). Использование расовых оскорблений юридически не преследуется государством, так как Верховный суд США последовательно подтверждает, что подобные высказывания защищены Первой поправкой, если они не содержат прямых призывов к немедленному насилию. Однако использование таких слов влечёт за собой жёсткие внесудебные санкции: увольнение из частных компаний, исключение из учебных заведений и общественное порицание в рамках «культуры отмены».
• Европа:Европейская конвенция (статья 10) прямо указывает, что осуществление свободы слова налагает обязанности и может быть сопряжено с ограничениями, необходимыми в демократическом обществе для защиты репутации или прав других лиц^[4].
  • Во Франции действует Закон Гейссо (1990), согласно которому введена уголовная ответственность за отрицание преступлений против человечности, определённых Нюрнбергским трибуналом (в частности, Холокоста)^[5]. Также уголовно наказуемы публичные оскорбления и подстрекательство к ненависти по признаку расы, религии или сексуальной ориентации.
  • В Германии согласно уголовному кодексу (параграф 130 StGB) предусматривается наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет за публичное отрицание, одобрение или преуменьшение масштабов геноцида, совершенного при национал-социализме^[6]. Кроме того, закон NetzDG обязывает социальные сети удалять «явно незаконный» контент (включая пропаганду нацизма) в течение 24 часов под угрозой крупных штрафов^[7].
  • В Великобритании действует Закон об общественном порядке 1986 года, который запрещает разжигание ненависти (расовой, религиозной и др.) и регулирует высказывания, вызывающие «беспокойство, тревогу или страх»^[8], а Закон о безопасности в интернете 2023 года возлагает на платформы ответственность за удаление противоправного контента и защиту пользователей от материалов, способных нанести серьезный психологический вред^[9][10].
• Россия: Российское законодательство теоретически копирует европейскую модель «ограниченной свободы». Статья 29 Конституции РФ запрещает пропаганду или агитацию, возбуждающую социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть^[11]. Как и во Франции или Германии, в РФ существуют законы против экстремизма, реабилитации нацизма и оскорбления чувств.
  • Сходство: И в Европе, и в России закон признает, что за «неправильные» слова об истории или религии может наступить уголовная ответственность.
  • Различие: В европейской практике акцент делается на защите меньшинств от дискриминации, в то время как в российской практике фокус часто смещается на защиту государственных институтов, армии и официального курса истории от критики.

Различие подходов базируется на историческом опыте и определении главного источника угрозы:

1. Американская традиция: Исходит из принципа «рынка идей», где государство не должно выступать цензором, а ошибочные суждения должны опровергаться в ходе открытой дискуссии.
2. Европейская традиция: Опирается на принцип «демократии, способной защитить себя» (нем. Streitbare Demokratie). Государство выступает арбитром, обязанным защищать человеческое достоинство и предотвращать дискриминацию.

Различия в правоприменении в США и Европе опираются на две классические концепции:

• Либеральный подход (право личности): рассматривает свободу слова как неотъемлемое естественное право человека. В этой логике право индивида высказываться первично, а возможный общественный вред от его слов считается «допустимой ценой» за сохранение личной свободы. Данный подход доминирует в юридической системе США.
• Утилитарный подход (общественная польза): трактует свободу слова как инструмент для достижения общего блага (поиска истины, развития демократии). Если определённые виды речи (например, дезинформация или пропаганда вражды) приносят обществу больше вреда, чем пользы, утилитарная логика оправдывает их законодательное ограничение. Данная концепция легла в основу европейской модели «демократии, способной защитить себя».

Согласно Международному пакту о гражданских и политических правах (ст. 19), ограничения свободы слова должны быть четко установлены законом и являться необходимыми для уважения прав и репутации других лиц, а также для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения^[2].

В современной юридической практике к общепризнанным ограничениям также относятся:

• Запрет на призывы к насилию и насильственному изменению конституционного строя;
• Борьба с распространением детской порнографии;
• Охрана государственной или коммерческой тайны;
• Защита авторских прав и интеллектуальной собственности;
• Противодействие клевете и диффамации.

В цифровую эпоху международные организации (например, Репортёры без границ) также выделяют проблему борьбы с дезинформацией (англ. fake news) и кибербуллингом, подчеркивая, что любые ограничения должны быть пропорциональны угрозе и не использоваться для подавления политического инакомыслия^[12].

В области сравнительной политологии существуют организации и проекты, которые стремятся измерить уровень свободы слова в мире или отдельных регионах:

• Freedom of the Press (англ.) — «Свобода прессы в мире»: ежегодное исследование и сопровождающий его рейтинг о состоянии свободы прессы в странах мира, публикуется международной неправительственной организацией «Freedom House»
• Worldwide Press Freedom Index (англ.) — «Всемирный индекс свободы прессы»: ежегодное исследование и сопровождающий его рейтинг о состоянии свободы прессы в странах мира, публикуется международной неправительственной организацией «Репортёры без границ»
• Media Sustainability Index (англ.) — «Индекс устойчивости СМИ»: издаётся IREX
• African Media Barometer (англ.) — «Барометр африканских СМИ»: издаётся «Friedrich-Ebert-Stiftung»

Методологии этих рейтингов опубликованы и включают как объективные параметры (например, число убитых в связи со своей профессиональной деятельностью журналистов), так и субъективные оценки экспертов (например, уровень самоцензуры в СМИ). Количественные показатели обычно считаются более надёжными, однако после статистической обработки не всегда отражают полную картину, поэтому их часто дополняют качественными параметрами^[13]. Например, высокое число СМИ не обязательно свидетельствует об их разнообразии и отражении широкого спектра мнений. Распространение необъективной или непроверенной информации дискредитирует саму концепцию свободы СМИ. По мнению некоторых аналитиков, в конечном итоге самым важным критерием является то, прислушиваются ли СМИ к гражданам и действуют ли они от их имени^[14].

Анализ используемых в этих индексах методик выявил ряд недостатков. Некоторые параметры имеют нормативный характер, например, рассматривают государственную собственность на СМИ или государственные субсидии частным СМИ как негативный вклад в свободу слова^[13]. Это часто служило основанием для обвинений в предвзятости, а также в продвижении американских или европейских политических интересов. Далее, основным предметом изучения обычно является телевидение, пресса и радио, тогда как цифровым СМИ уделяется недостаточно внимания^[14]. Несмотря на эти недостатки, многие эксперты полагают, что методики статистически последовательны и приходят к схожим выводам, так что они представляют собой важный, полезный и заслуживающий доверия инструмент для изучения свободы СМИ в мире^[14].

С целью дальнейшего улучшения методик, ЮНЕСКО разработала ряд показателей, которые, по мнению организации, культурно и политически нейтральны^[15]. Сама организация в настоящий момент не занимается измерением уровня свободы слова.

• Левинсон Л.Баланс или несоразмерность // Язык мой... проблема этничнеской и религиозной нетерпимости в российских СМИ. / Сост. А. М. Верховский. М.: РОО «Центр „Панорама“», 2002. ISBN 5-94420-008-1 — стр. 154—164
• Соболева А.Толкование понятия «ограничения, необходимые в демократическом обществе» в свете статьи 10 ЕКПЧ// Российский бюллетень по правам человека, № 25. М.: Институт прав человека, 2008
• Маковей М., Чефранова Е. А.Комментарий к статье 10 ЕКПЧ
• Смирнов А. Ю. Свобода слова по-французски: либеральное движение в эпоху Реставрации (начало) // Знание. Понимание. Умение. — 2004. — № 1. — С. 153—157.
• Смирнов А. Ю. Свобода слова по-французски: либеральное движение в эпоху Реставрации (окончание) // Знание. Понимание. Умение. — 2005. — № 1. — С. 152—158.
• Freedom of expression in Europe. Case-law concerning Article 10 of the European Convention on Human rights, 2007 (англ.)
• Macovei M.Freedom of expression. A guide to the implementation of Article 10 of the European Convention on Human Rights, 2004 (англ.)

• Специальный докладчик ООН по укреплению свободы слова (англ.)
• Свобода убеждений и их выражения на портале ООН
• Представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ (англ.)
• Замечания общего порядка КПЧ ООН к статьям 19 и 20МПГПП
• Право и средства массовой информации. Сайт Института проблем информационного права
• Комментарии к статье 10 ЕКПЧ
• Практика ЕСПЧ по вопросам свободы слова: аннотации, постановления и анализ
• International Freedom of Expression Exchange (англ.)
• Рейтинг свободы прессы (англ.)
• Информация об исследовании «Всемирный индекс свободы прессы» организации «Репортёры без границ»
• Информация об исследовании «Свобода прессы в мире» организации «Freedom House»
• Раздел о свободе слова на сайте «Права человека в России»
• Раздел о свободе слова на сайте hri.ru
• Портал «Право и СМИ Центральной Азии»
• Показатели развития средств информации: система оценки развития средств информации . Международная программа развития коммуникации. ЮНЕСКО (2008). Дата обращения: 30 августа 2014.
• What Does Free Speech Mean? (англ.). uscourts.gov. Дата обращения: 20 октября 2014.
• Андрей Сошников, Анна Шаманская. Что произошло с независимыми СМИ в России за год. Таймлайн. С лета 2020 года в России заметно усилилось давление на независимые СМИ. Журналистов регулярно приговаривают к штрафам и тюремным срокам за несуществующие преступления, а обыски в неугодных редакциях (и в домах их сотрудников) стали обычным делом. Основные эпизоды собраны в таймлайне Настоящего Времени  (рус.). Радио Свобода (2 июля 2021). Дата обращения: 5 июля 2021. Архивировано 5 июля 2021 года.